и содержит в себе сокровенное внутреннее противоречие; с
  другой стороны - о наивности правосознания, ошибочно сводящего государственность
  к насилию и гетерономии и принимающего несвободу человека, погрязшего во зле, за
  "свободу" его в выборе зла.
  Наконец, в-третьих, религия тяготеет к отвержению положительного права и
  государства, если она отвергает как ненужный принцип гетерономного властвования
  - или переоценивая силу доброй воли и личной автономии, или недооценивая силу и
  упорство дурных страстей человека, или совершая обе ошибки вместе; такое
  отвержение государственности свидетельствует, с одной стороны, о наивности того
  понимания душевной жизни, которое полагает, что духовная автономия уже присуща
  каждому человеку, что она не нуждается в гетерономном содействии и что
  предметное созерцание добра всегда и всем доступно, с другой стороны, о
  жизненной слепоте и исторической непредметности созерцания.
  Таким образом, религия, отвергающая положительное право и государство, или
  сознательно отворачивается от эмпирической жизни человека, или бессознательно
  упускает из вида объективные свойства этой жизни, самого человека и государства.
  Во всех этих случаях ей придется так или иначе вступить в жизненную борьбу с
  положительным правом и государственностью. В этой борьбе она будет стараться
  оторвать естественное правосознание от положительного правосознания, отнимая у
  первого исторически найденные пути осуществления,

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>