|
ротилы криминального мира, а так называемые "несуны", "хва-туны", любители подбирать то, что плохо лежит. Крадут с полей, : дач, огородов, цехов, складов, баз. Известная сентенция "не пойман — не вор" все чаще переиначивается в народе — "не пойман, но вор". Общественная мораль не очень-то осуждает подобные явления — настолько это укоренилось в психологии многих людей. Мол, обычное дело, человек "умеет жить", государство не обеднеет и т. д. Закон же, будучи не в состоянии эффективно пресечь это Массовое зло, практически молчит, хотя Уголовный кодекс предусматривает состав мелкого хищения. На такой "ухоженной" почве нравственно-правовой нигилизм процветает без особых помех.
3. Война законов, издание противоречивых, параллельных или даже взаимоисключающих правовых актов, которые как бы ней-трализуют друг друга, растрачивая бесполезно свою силу. Нередко подзаконные акты становятся "надзаконными". Принимаемые в большом количестве юридические нормы не стыкуются, плохо синхронизированы. В результате возникают острейшие коллизии.
С другой стороны, имеются значительные пласты общественных отношений, не опосредуемых правом, хотя объективно нуждаются в этом. Дает о себе знать и перенасыщенная регламентация отдельных сторон жизни общества, сохраняющаяся с прежних вре-
Глава XX. Правовой нигилизм и правовой идеализм
мен. Все это создает правовой беспорядок, неразбериху, войну законов и властей. Именно поэтому наше общество нередко называют системой, где все можно и в то же время ничего нельзя.
Существует мнение, что война законов ушла в прошлое, что она велась, когда был союзный центр. Это не совсем так. Война законов не прекратилась, а видоизменилась. Конечно, накал ее спал, особенно в смысле риторики, эмоций, но она продолжается. Теперь эта война идет в рамках России между законами, указами, судебными решениями, правительственными
|