сти индивида иметь свое ясное и определенное место в жизни целого социального организма"2.
  Таким образом, получается - коль скоро следовать логики мысли русского правоведа - неотъемлемые права человека охватывают не только сами по себе важнейшие социальные ценности (жизнь, свободу, достоинство, независимость человека, его объективно высокий статус в гражданском обществе), но непосредственно и явления юридического порядка, и только через них реализуются важнейшие социальные категории, в данном случае - потребности индивида иметь ясное и определенное место в жизни всего социального организма.
  Какие выводы можно сделать из такого рода постановки вопроса?
  Таких выводов, надо полагать, - два: во-первых, вполне оправдано конституирование особого "право на право" - субъективного права весьма высокого юридического статуса; и во-вторых, существует необходимость признания права человека не только в качестве субъективного, но и объективного права.
  
  8. "Право на право". Думается, есть серьезные основания в число неотъемлемых прав человека включить, наряду с другими общепризнанными категориями, также "право на право". Оставляя в поле зрения только что приведенные суждения И.А. Покровского, поводящего к такой идее, можно подойти к обоснованию последней также и с других сторон.
  Один из них - аргумент широкого, "мирозданческого" порядка. Если феномен права имеет глубокие природные корни, то, по всей видимости, одним из его естественных выражений в условиях цивилизации становится "право на право", реализуемое главным образом в чувстве права, в требованиях правосудного решения, в других конституционных правах в области юстиции, правосудия.
  Наиболее яркое из них - право человека на решение конфликтной ситуации, в которой оказался человек, через процедуры правосудия. Решения - не всемогущим чиновником, не вердиктом общественного мнения, не неким высоким

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-419 * збірник літератури №8 * >>>далее>>>