й точки зрения становятся понятными те основания, которые приводят к отрицанию некоторыми режимами и деятелями универсального характера самой категории неотъемлемых прав человека. Сюда можно отнести настойчивые усилия деятелей ряда стран, особенно восточных, представить категорию прав человека в качестве явлений сугубо "западных цивилизаций", будто бы не согласующихся с национальными культурами тех или иных стран. Прискорбно, хотя и в чем-то знаменательно, что подобные утверждения начинают звучать и в России, когда отвергается абсолютный характер прав и свобод человека и на первое место среди социальных ценностей, будто бы согласующихся с российской историей и культурой, выдвигаются идеи "государственности", "державности".
   В практической же жизни таких стран, как Россия, подобный подход, пробивавший себе дорогу при подготовке проекта Конституции, вновь уступил "государственическим" и "державным" тенденциям, а категории неотъемлемых прав человека в этой связи остался в основном уделом неких, будто бы второстепенных законодательных формул, пропагандистских штампов и академических рассуждений. И если порой на практике возникает вопрос о правах человека, то по большей части он связывается не с общим положением личности - "равноправной с государством державы", а со взаимоотношением отдельного человека, во многом остающимся "безгласной овцой в человеческим стаде", с отдельными "органами власти", которые "кое-где", "порой" "нарушают".
  
  5. Духовная ("трансцендентная") сторона неотъемлемых прав человека. Выраженный в позиции А.И. Покровского основательный подход к правам человека, выводящий правовое положение личности на уровень ее взаимоотношений с государством в целом, взаимоувязан с другой существенной проблемой. С тем, что неотъемлемые права человека потому и касаются "государства как такового" и потому и ограждают личность от произвола

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-419 * збірник літератури №8 * >>>далее>>>