|
ном отношении.
Суть вопроса - в том, что эти положения вплотную подводят к постижению истинного смысла права, его, если угодно, мирозданческого предназначения в жизни людей, их судьбе, их будущем.
Ведь кантовские идеи о чистом праве - пусть в каком-то смысле романтизированные, даже с налетом мечты и плюс к тому сформулированные на высших уровнях научных абстракций, - обращены к тем сторонам исконной природы права, которые коренятся в началах разума, а значит и свободы людей Существо кантовской идеи об основном правовом законе в том и состоит, чтобы на разумной основе в соответствии с принципам всеобщности, равновесности реализовать между всеми людьми начала свободы, притом - "величайшей свободы", так нужной людям и необходимой для прогресса в обществе.
Такова же суть других идей, которые, по всем данным, могут быть отнесены к чистым правовым началам. В том числе - о частном и публичном праве, о дозволительной структуре и об общедозволительном типе юридического регулирования, которые сориентированы на свободное поведение человека.
Даже исходный слой правовой материи - догма права - как мы видели есть ничто иное, как объективированный, выраженный в логически стройных, отработанных конструкциях, иных элементах правовой материи "придумки" разума, результат его внешней объективизации.
Подобная оценка положений о чистом праве, возможно, предстанет еще более обоснованной, если их рассматривать под углом зрения юридической логики, в том числе - структуры собственного содержания права, - той, определяющей стороны этой структуры, когда в качестве центра собственного содержания права, "стягивающего" к себе все частицы правовой материи, выступают субъективные права участников общественных отношений, причем - права по терминологии юриспруденции "на собственное поведение", и, стало быть, открывающие простор для активности, творческой самодеятельности
|