я категорического императива - "пожелай", "поступай только так", "чтобы было", даже положение о "всеобщем законе", все это лишь требует права, но сами по себе не выводят на "плоскость права" как особого институционного образования в области внешних отношений, не определяет своеобразие его свойств.
  А это значит, что категории этики, даже такие - фундаментальные, которые относятся к кантовскому категорическому императиву, не способны что-то объяснить в самом феномене права. И значит, для того, чтобы понять право, объяснить суть и природу этого уникального институционного образования нужно пока отвлечься от морали, от категорического императива, и рассмотреть право как таковое, в его собственной плоти, т. е. в "чистом виде".
  
  3. Форма в праве и чистое право. Одна из примечательных, бросающихся в глаза особенностей идей Канта по правовым вопросам, предваряющей его подходы к категории "чистое право", состоит в том, что философ настойчиво, безапелляционно и резко отделял в праве форму от содержания. При этом он писал так, что будто бы бросал вызов общепринятым представлениям, явно вызывая "огонь на себя" И, надо сказать, преуспел в этом деле: за ним прочно закрепился ярлык формалиста, отрывающего право от "живой жизни" (и не только в марксистском советском правоведении, где в связи с указанной позицией философа его придавали разносной критике). И это - увы - как раз и привело к тому, что в юридической науке, даже в разработках, казалось бы, философских последователей Канта по вопросам права, в сочинениях Г. Кельзена и его сторонников, иных аналогичных течений, значительный интеллектуальный потенциал, выраженных в идеях чистого права, в науке так и не был раскрыт.
  Вот несколько высказываний Канта в отношении формы и содержания в праве.
  Сначала самое краткое: ".только общая воля, данная a priori . . ., определяет,

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-419 * збірник літератури №8 * >>>далее>>>