ских позиций - это не столько некое благо, сколько активное хозяйское дело, труд, бремя и ответственность (и именно в таком качестве оно выступает как важнейшее "неотъемлемое право человека"1). И вот институт аренды, выработанный в первые годы демократических перемен и закрепленный в 1990 году законом, давал именно такой эффект. Это связано с двумя принципиальными новшествами, которые были включены при отработке соответствующих юридических конструкций арендных отношений. Во-первых, с тем, что субъектами арендных отношений становились не трудовые коллективы как таковые, не какие-либо иные "штатные" подразделения государственных предприятий (как это случилось при официальной приватизации), а новые самостоятельные хозяйствующие субъекты - организации арендаторов, отдельные граждане-арендаторы, настроенные на собственную хозяйскую деятельность. И во-вторых с тем (и это решающий момент), что вся продукция, произведенная на арендованном у государства имуществе, становилась собственностью - частной собственностью! - самого арендатора.
  Таким образом, при помощи рассматриваемого института на основе государственной собственности, и - как это ни поразительно - "внутри" ее и с ее использованием создавалась частная собственность в производстве. Именно - в производстве! И что особенно существенно, перспектива получения "своей" собственности и плюс к тому предусмотренная законом перспектива выкупа у государства всего арендованного имущества, - все это настраивало арендатора на напряженный, интенсивный труд, на собственнически-хозяйское отношение к делу и - вот оно, самое главное! - на модернизацию обретаемого имущества путем вложений своих доходов в производство1.
  В целом же, однако, действовавшее в конце 1980 - начале 1990 гг. советское право, особенно на стадии "кардинальных" реформ, не оказало - а главное, и не способно было оказать - сколько-нибудь

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-419 * збірник літератури №8 * >>>далее>>>