обладает. Поэтому для целей предметной юридической практики более корректным является использование понятия "оборотоспособных прав". Такие права носят квази-имущественный характер и реализуются путем поддержания монополии на производство инноваций путем юридического запрета на применение охраняемых знаний либо сохранения их в тайне от потенциальных конкурентов. В данной системе правоотношений практически не работают нормы и аналогии из сферы вещного права. Однако идеология самого "вульгарного материализма" доминирует сегодня над умами многих должностных лиц и их "научной обслуги". Их мнение, к сожалению, имеет сегодня существенный вес при решении вопросов государственного регулирования сферы интеллектуальной собственности.
  Попытка строить теорию информационного права на основе логики движения понятий "собственности" и "стоимости" представляется бесперспективным и контрпродуктивным занятием. Я бы даже назвал такой путь архаичным и социально реакционным. Этот вывод основывается на том, что в процессе информатизации общества и повышения наукоемкости производства сами институты собственности и стоимости претерпевают деструкцию и перестают соответствовать новым экономическим и социальным реальностям. В этой связи необходимо обратить внимание на факт создания специальных бирж для котировки акций высокотехнологичных компаний, а также тенденцию нарастания различий между бухгалтерскими оценками активов таких компаний и их рыночной капитализацией.
  В информационной экономике все меньшее значение имеют классические формы собственности и все большую роль приобретает так называемая "внутренняя собственность" творческих сотрудников, обладающих способностями к усвоению и производству ценных знаний. Судьба креативных (творческих) компаний сегодня в большей мере зависит от продуктивности и лояльности своих ведущих разработчиков, чем от финансовых

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-146 * збірник літератури №7 * >>>далее>>>