ой личной заинтересованности (карье¬ризма, мести и т. п.). По этому поводу Д. Карнеги заметил, что у человека часто бывают два мотива для того или иного поступка:
  один, который красиво выглядит, и второй — подлинный.
  Властные полномочия, как правило, сопряжены с распределением определенных ресурсов (в том числе и в личных интересах), а также предполагают комфортность бытия. Поэтому в мотивации, связанной со стремлением к власти или удержанием ее, достаточно сложно отделить политический мотив от корыстного.
  Нередко религиозно-националистические идеи оказываются лишь инструментом захвата политической власти в государстве или регионе. Организаторы таких политических акций крими¬нального характера руководствуются корыстными мотивами, а непосредственные исполнители могут добросовестно заблуждать¬ся и совершать кровавые злодеяния в националистическом или религиозном исступлении. В этом отношении достаточно пока¬зательны события в Чечне: «Националистическая чеченская ре¬лигиозно-мусульманская идея является скорее всего дымовой завесой для обмана народа, укрепления преступного режима и чеченской организованной преступности, поддерживаемых кри¬минальными кругами России. Нельзя исключать участия в этом внешних и внутренних сил, заинтересованных в разрушении России. Для такого вывода имеется множество прямых и кос¬венных доказательств»'.
  Типология политических преступлений
  Данный тип преступности может рассматриваться как одна из форм политической борьбы. В этом плане достаточно про¬дуктивной оказывается принятая еще в Древнем Риме класси¬фикация преступлений на естественные и выдуманные. Указанная классификация способствует уяснению сущности различных ас-
  Лунеев В.В. Преступность XX века. М„ 1997. С. 377.
  298.
  Глава XVI
  пектов политической

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-415 * збірник літератури №69 * >>>далее>>>