ниях.
  Учитывая, что применение этой нормы в отношении наиболее опасных и распространенных
  преступлений блокировано специальной нормой о злоупотреблении полномочиями
  (ст. 201 УК РФ)*(65), повышение наказаний за это преступление становится бессмысленным
  и даже жестоким*(66).
   С отсутствием комплексного системного понимания имущественных преступлений
  связана также трактовка похищения (кража, грабеж, разбой) и присвоения как
  чисто экономических, корыстных посягательств, что нехарактерно для современного
  уголовного права. В настоящее время преобладает точка зрения, согласно которой
  похищение и присвоение, будучи преступлением против собственности, могут иметь
  своим предметом и вещь, не имеющую экономической ценности. Российские же правоведы
  (и законодатели) вместо систематического исследования реальных условий общественной
  жизни возвращаются (как к новейшим достижениям юридической мысли) к трудам
  И.Я. Фойницкого, Г.Ф. Шершеневича и других основоположников русской науки
  права, при этом не замечая того обстоятельства, что они жили во время радикальных
  идей и революций. Дело в том, что в конце XIX в. на всем европейском континенте
  как в цивилистике, так и в уголовном праве под влиянием молодой и чрезвычайно
  популярной экономической науки получила развитие Vermцgenstheorie (имущественная
  теория вещи). Обязательным признаком вещи считалась ее экономическая ценность,
  стоимость, внешне выраженная в

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-62 * збірник літератури №60 * >>>далее>>>