евших. М., 1968; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976; Кокорев Л.Д. Потерпевший от преступления. Воронеж, 1964.
  2 См.: Курс советского уголовного процесса: Общая часть. М., 1989 (Раздел написан Кобликовым А.С.).
  3 См.: Эффективность правосудия и проблемы устранения судебных ошибок. М., 1985. Т. 2.; Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967; Дулов А.В. Пути исследования процесса формирования свидетельских показаний // Вопросы судебной психологии. Минск, 1970; Ратинов А.Р., Адамов Ю.И. Лжесвидетельство. М., 1977; Доспулов Г.Г., Мажитов М.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших. Алма-Ата, 1975.
  взгляд на проблему не выходил за рамки констатации положения о том, что влияние заинтересованных лиц "может усиливаться, когда свидетели и потерпевшие находятся от них в материальной, должностной, родственной зависимости... . Многие люди обладают повышенной восприимчивостью к воздействиям, исходящим от авторитетных лиц... В жизни такая восприимчивость часто неправомерно используется для того, чтобы изменить их показания в желательном направлении"4.
  Между тем проблема отношения свидетеля и потерпевшего к иным участникам процесса уже переросла традиционные рамки и стала рассматриваться в связи с общей и новой - проблемой обеспечения неприкосновенности личности в уголовном процессе.
  Длительное время о неприкосновенности личности говорили прежде всего в связи с обеспечением прав подозреваемого и обвиняемого, подсудимого и осужденного. Но еще в 70-е годы, когда в законодательстве и уголовно-процессуальной литературе господствовал односторонний взгляд на развитие процессуальных гарантий только в интересах обвиняемого, поднимался вопрос о неправильности столь узкого толкования. Предлагалось включить в понятие неприкосновенности личности ее блага:

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-144 * збірник літератури №58 * >>>далее>>>