тересов. В настоящее время подобного рода представления о взаимосвязи личности, общества и государства стали более реалистичными, в силу чего есть все основания полагать, что данная классификация не должна оставаться вне сферы внимания исследователей.
   Далее. Характерной она является и с точки зрения трудности понимания используемого в ней основания, что служит главной причиной ее неприятия. Так, в отличие от римского права, различавшего преступления публичные и частные, в известном труде Чезаре Беккариа с учетом направленности преступных посягательств они группировались, например, не на две, а на три разновидности: некоторые преступления, считал он, разрушают само общество или вызывают гибель того, кто является его представителем, другие нарушают личную безопасность граждан, посягая на их жизнь, имущество и честь, третьи являются действиями, которые противоречат тому, что для общественного спокойствия и блага закон предписывает каждому гражданину делать или не делать. Сходное трехчленное деление позднее широко распространилось и в юридической литературе России, в связи с чем вычленялись, например, преступления против интересов государства, против интересов общества и против частногражданских интересов. Помимо указанных двух, наиболее часто встречающихся подходов, в истории развития уголовно-правовой мысли можно обнаружить и менее представительные по числу сторонников точки зрения, в соответствии с которыми назывались "государственные", "общественные", "семейственные", "против прав отдельных лиц, как физических, так и юридических, заключающиеся в преступлениях против личности и имущества". Упуская из виду требование единства основания, иногда их делили на пять групп: "преступления против прав отдельных лиц", "преступления против половой нравственности и семейства", "преступления против общества", "преступления против государства", "преступления против религии

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-210 * збірник літератури №57 * >>>далее>>>