она составляет нашу сегодняшнюю реальность.
  Но это не значит, что можно просто отбросить нормативистскую позицию совпадения права и закона. В поиске институционного определения права следует, как часто бывает в науке, найти синтезирующее решение, обобщающее усилия разных школ. Институционная формула права должна, по-видимому, охватить все три элемента правовой материи: и идеи, и нормы, и общественные отношения.
  Правовые идеи, представления о праве составляют гуманитарную сущность права, в значительной степени характеризуют его потенциал как социального регулятора. Подход к праву как средству общественного согласия обусловливает и соответствующий подход к фундаментальным идеям права. Такими идеями могут быть признаны идеи свободы, равенства, справедливости.
  Значительный вклад в раскрытие идейного потенциала права внесен B. C. Нерсесянцем. "Право по своей сущности, - пишет он, - и, следовательно, по своему понятию - это исторически определенная и объективно обусловленная форма свободы в реальных отношениях, мера этой свободы, форма бытия свободы, формальная свобода" (Нерсесянц B. C. Право и закон. М., 1983. С. 342-343.). В другом месте: "...Сам принцип формального равенства имманентен праву как таковому и выражает присущую ему справедливость" (Нерсесянц B. C. Социалистическое правовое государство: проблемы и суждения. М., 1989 С. 52.). Этот подход не вызывает возражений. Вместе с тем нужно признать, что выбор той или иной идеи в качестве основы права носит личностный, субъективный характер. Это отнюдь не недостаток, ибо позиция исследователя всегда субъективна; именно субъективность исследователей составляет основу плюрализма в подходах, без чего настоящая наука невозможна. Конечно, и равенство, и свобода - подлинно правовые идеи. И все же, как мы полагаем, наиболее полно и адекватно воплощает суть права идея справедливости. Чуть позже мы приведем доказательства своей позиции.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-142 * збірник літератури №54 * >>>далее>>>