значимости на одном правовом уровне. Органы управления получили широкий доступ к созданию обязательных к исполнению ведомственных нормативных актов и использовали эти свои возможности в полной мере.
  Актов органов управления было великое множество (особенно в сфере хозяйственного, трудового, пенсионного законодательства). Цель обилия таких актов очевидна - постараться регламентировать все и вся. Поведение каждого участника общественных отношений в любой ситуации определялось сверху, свобода поведения, возможность выбора практически не допускались. Расцвет тоталитаризма был в нашей стране расцветом императивного правового регулирования.
  И все же полностью регламентировать в нормах каждую возможность поведения было практически невозможно. Сплошь и рядом выявлялись не предусмотренные законодательством ситуации. И они разрешались в привычном императивном ключе. Чаще всего использовалась так называемая разъяснительная практика. Пробел в регулировании устранялся разъяснением, инструкцией, положением, а подчас и просто <руководящим> письмом того или иного органа управления. Кто управлял, тот и разъяснял, как поступать. Сплошь и рядом разъяснения отходили от текстов и смысла норм законов. Тогда и сложилась ситуация, в которой инструкция оказалась сильнее закона.
  Свою лепту в разъяснение законодательства вносили и суды. Этот вклад был невелик по объему, поскольку сама судебная юрисдикция была весьма ограниченной. Но даже в этих узких возможностях судебная практика строилась не на началах судейского усмотрения и диспозитивности, а на централизованной императивной основе. Судебная практика опиралась на руководящие постановления Пленума Верховного Суда СССР, в 60-е гг. такие постановления стали приниматься и Верховными судами союзных республик. Каждое постановление Пленума содержало скорее общие указания, чем решения конкретных ситуаций, и эти указания предписывались сверху всей судебной

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-142 * збірник літератури №54 * >>>далее>>>