смерти. Хотя, казалось бы, вульгарные соображения эффективности диктовали бы разрешение эвтаназии (нецелесообразность затрат финансовых и профессиональных ресурсов на поддержание жизни неизлечимо больных вопреки их воле и воле их семей), опасение возможных злоупотреблений обусловило установление в законодательстве ее запрета (статья 45 Основ законодательства об охране здоровья граждан), что по существу вводит еще один случай применения недобровольного лечения, в то время как в статье 34 Основ уже установлен закрытый перечень таких случаев.
  Представляется полезным обратиться к опыту решения этого вопроса в государствах, где защите прав пациентов уже много десятилетий придается весьма важное значение. Американское право, например, признает юридическую силу за "прижизненным завещанием", в котором лицо высказывает пожелания о своем лечении на тот случай, если, находясь впоследствии в тяжелом состоянии, оно будет неспособно выразить свою волю. Прижизненным оно называется потому, что, в отличие от обычного завещания, приобретает юридическую силу до наступления смерти составителя (иногда в момент его клинической смерти, если в нем содержится указание о неприменении реанимационных мер). Как правило, в прижизненном завещании сообщается о нежелании пациента подвергаться медицинским процедурам, направленным на продление жизни, в случае, если его состояние будет признано безнадежным, а возвращение к сознательной жизни - невозможным. В большинстве штатов США действует законодательство о естественной (достойной) смерти, которым за прижизненным завещанием признается юридическая сила. В таких законах содержатся требования к форме составления прижизненного завещания, условия вступления его в силу (например, утрата дееспособности и признание заболевания неизлечимым), перечень мер, от применения которых пациент может отказаться, процедура исполнения завещания.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-436 * збірник літератури №53 * >>>далее>>>