на мораль, но и на каждый аспект человеческой жизни считал Карл Риттер64. По мнению Чичерина, громадность территории России, ее малая заселенность, однообразие и простота занятий населения, постоянная угроза внешних нападений обусловили жизненную ребность в крепкой центральной власти65. Вслед за Чичериным, С.М.Соловьев отметил географическую предопределенность зарождения русской государственности и наиболее интенсивного хозяйственного освоения земель в центре Среднерусской возвышенности. Историк показал, что возглавить объединение русских земель и создание крепкого централизованного государства суждено было Москве. Именно благодаря особенностям ее географии и природы. В природно-климатических условиях центрального пространства России Соловьев увидел и решающий фактор, повлиявший на характер деятельности и формы организации населения. Скупая на дары, природа этих мест приучила жителей к упорству и твердости, не обещая награды за вложенный труд66. И.Солоневич, сопоставляя личные свободы в России и в Англии, США, прямо относит их за счет географического фактора. "Американская свобода, как и американское богатство, определяется американской географией. Наша свобода и наше богатство ограничены русской географией"67. Русский народ, считает он, никогда не будет иметь такие свободы, как Англия и США, потому что безопасность последних гарантирована океанами и проливами, а российская может быть гарантирована только воинской повинностью.
  Ф.Ратцель в своей концепции геополитики приходит к выводу, что пространство - это не просто территория, занимаемая государством и являющаяся одним из атрибутов его силы. Пространство, по Ратцелю, есть политическая сила. Каждое государство и народ имеют свою "пространственную концепцию", то есть идею о возможных пределах своих владений. Упадок государства, считал он, есть результат слабеющей пространственной концепции и "слабеющего пространственного

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-94 * збірник літератури №53 * >>>далее>>>