но развивается по восходящей линии, демонстрирует практически недостижимое в условиях демократии единство управляемых и управляющих (правда, нельзя забывать, что часть населения стран, где установились тоталитарные режимы, оказывается вне созданного ими общества).
  Через непродолжительное время, однако, факторы силы тоталитаризма становятся источниками его слабости и заката. Гитлеровская Германия еще не успела
  137
  
  продемонстрировать их в полном объеме к моменту своего поражения.
  Исторические прототипы тоталитарных режимов - восточные деспотии - сохраняли свою незыблемость веками л чаще терпели крах не из-за внутренних слабостей, а вследствие внешних нашествий со стороны государств, обогнавших их в военном, техническом и экономическом отношениях. Иначе говоря, слабость деспотий уже тогда, на заре истории, состояла в том, что они консервировали определенное состояние общества, обрекая его на постепенное отставание от более динамичных соседей. В прошлом такое отставание сказывалось лишь на протяжении очень долгого времени. В динамичном, технологизированном XX в. плоды тоталитаризма давали о себе знать в очень короткие сроки.
  Восточные деспотии решали относительно простые хозяйственные задачи, руководствуясь традиционными, устоявшимися рецептами и приемами, которые веками оставались неизменными. В XX в. политизация и идеологизация экономики, централизация управления ею в руках государства оказались не более, а менее эффективными, чем рыночная экономика, построенная на многообразии форм собственности и регулируемая демократическим государством.
  Прежде всего, централизованное распределение ресурсов и определение экономических приоритетов, когда решения принимаются единовластным лидером или верхушкой элиты под влиянием идейно-политических соображений, субъективных расчетов, создают опасность принятия ошибочных решений, которые

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-390 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>