ывались рестораны, недоступные для рядового жителя. Это не нравилось и деревенской бедноте, которая землю получила, но к экономическим методам хозяйствования приспособиться не могла, вследствие чего попадала в зависимость от более энергичных и удачливых соседей. Нэп понимали - и принимали - как временное, вынужденное явление, как отступление.1 Эти же настроения преобладали и в аппарате партии. Конечно, он был неоднородным, в него входили и партийцы с дореволюционным стажем, большим опытом работы в разных условиях, и люди с высшим образованием, были и коррумпированные элементы. Что, однако, характеризовало большинство партийных работников? Об этом частично можно судить по материалам съездов ВКП(б) 20-х гг., докладам их мандатных комиссий.
  В многотомной "Истории КПСС" приводятся данные о социальном составе делегатов съездов. Например, на XIV съезде партии (1925 г.) 62,2% делегатов с решающим голосом были рабочие. Аналогичные данные даются и по остальным съездам. Однако в докладах мандатных комиссий съездов проводится разграничение на делегатов из числа рабочих, занятых непосредственно на производстве, и выходцев из среды рабочего класса, выдвинутых на руководящую работу. Первых на XIV-XVII партсъездах было от 5 до 10%; вторых - 2/3 делегатов. Как правило, это были рабочие - участники гражданской войны, в большинстве своем с низшим образованием, выдвинутые на партийную работу. Ясно, что их взгляды на нэп были, по преимуществу, негативными. Аппарат тоталитарной власти прекрасно понимал, что углубление нэпа подорвет ее основы, высвободит силы свободной рыночной экономики, которые агонизировали под прессом партийного контроля над обществом, ослаблявшимся лишь борьбой за положение "вождя" в руководстве РКП(б).
  
  1 Клямкин И. Почему трудно говорить правду? // Новый мир.- 1989.- № 2.- С.227.
  
  119
  
  Против Бухарина и его сторонников

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-390 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>