и не видит себя вынужденною обратиться
  к правонарушению во имя права.
  Понятно, что зоркая предусмотрительность старого порядка может быстро поставить
  нормальное правосознание перед дилеммой: или отказаться от своего творческого
  задания, или вступить на путь прямого нарушения отдельных норм положительного
  права. Если нормальное правосознание под давлением этой безысходности избирает
  второй путь, то оно обставляет свое решение целым рядом условий, памятуя о том,
  во имя чего оно борется, и оставаясь верным себе. И эта цель, и это повиновение
  - не превращает состоявшегося правонарушения в правомерное деяние, но делает
  совершителя его по праву невиновным, а самое деяние - ненаказуемым
  правонарушением.
  Согласно тому, что было установлено выше, решение допустить прямое нарушение
  положительного права приемлется нормальным правосознанием только в крайнем
  случае: ибо сознательное нарушение права противоречит основной сущности
  правосознания, т.е. воле к праву. Это решение приемлется, следовательно, как бы
  против воли, во всяком случае: в результате внутренней борьбы. Внутренняя борьба
  возникает вследствие того, что воля к праву разлагается на два противоположные
  влечения: с одной стороны, воля к цели права зовет к правому праву и к
  творческому обновлению правопорядка; с другой стороны, та же воля к цели права
  зовет к осуществлению ненарушимости положительного права. Нормальное
  правосознание твердо знает, что уважение

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>