я к другим, испытывается как чужое, несравненно менее достоверное
  и подлинное. Не только психически, но и физически- каждый каждому остается
  инобытием: непосредственный процесс жизни, ее начало и конец, душевные и
  телесные состояния, способности и поступки, словом, вся судьба каждого -
  отдельна и особенна; каждое из "неделимых" духовных существ индивидуально и
  самобытно, здесь невозможны повторения, ибо каждый миг жизни безвозвратен,
  неповторим и уже пережит каждым по-своему. Поэтому все люди своеобразны и
  единственны в своем роде, несмотря на обилие отдельных, отвлеченно взятых,
  сходных черт. И, невзирая на постоянное, повседневное, сознательное и
  бессознательное общение, каждый человек совершает свой путь и осуществляет свою
  судьбу в глубоком и неизбывном одиночестве.
  Это одиночество, одинаково присущее всем и каждому, выражается психически в том,
  что индивидуальная душевная жизнь протекает в замкнутой изолированности и
  недоступности для чужой души, в своеобразных "потемках" для другого. Никто не
  испытывает "моих" состояний, как "свои собственные" и непосредственно ему
  доступные, никто - кроме меня самого; никто никого не может "впустить" в свою
  душу; никто ни с кем не может иметь "общих" переживаний, но лишь "похожие";
  никто не может сделать за другого волевых или умственных усилий или "одолжить"
  другому свой опыт и свое настроение. Каждый знает о чужой душе лишь постольку,
  поскольку она "означилась" или

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>