и бы законодатель
  попытался заменить общие нормы единичными императивами, приспособленными к
  индивидуальному поведению, то он поставил бы перед собою нелепую задачу
  бесплодной погони за бесконечным разнообразием индивидуального материала, число
  императивов оказалось бы бесконечным и строй жизни остался бы нерегулированным.
  Правовая норма есть абстрактное правило; это правило рассматривает человека как
  абстрактное содержание. Однако в действительности существуют не "люди вообще", а
  живут "человеки в частности", обладающие не абстрактными признаками, а
  конкретными свойствами. Индивидуальный человек есть живое конкретное целое с
  бесчисленным множеством своеобразных черт и свойств - единственный в своем роде
  и неповторимый комплекс телесных, душевных и духовных сил. Этот комплекс нельзя
  разложить на общие признаки, нельзя исчерпать отвлеченными категориями.
  Абстрактная квалификация его не только будет всегда условной, насильственной,
  неадекватной, но в своем последовательном и крайнем осуществлении она поведет к
  высшей несправедливости (summum jus summa injuria). Поэтому проблема применения
  правовых норм к живым людям, их состояниям, деяниям и отношениям есть проблема,
  абсолютно неразрешимая на путях формальной индукции и дедукции: механическое
  сопоставление "признаков", указанных в норме, и в "свойствах" данной жизни, -
  есть операция, убивающая право, уродующая жизнь и подрывающая в душах волю к
  правопорядку.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>