ной, огонь,
  дающий свет воле и энергию чувству и действию. Поэтому государственность, с виду
  "секуляризованная", не есть тем самым внерелигиозный способ жизни; исторически
  же возможно и такое положение вещей, при котором религиозное возрождение
  государственности будет осуществимым лишь при условии открытого разрыва с
  традиционною, но выродившейся церковностью.
  Здоровое и могучее правосознание по своей основе и по своему строению имеет
  религиозный характер. Это определяется самою сущностью его и религии.
  Религиозность в ее основном существе есть духовное, целостное, жизненное и
  безусловное приятие Божества как совершенного и реального средоточия жизни.
  Религиозность состоит всегда в том, что нечто испытывается как совершенное. Она
  начинается там, где душа выходит из состояния безразличия и различает между
  "лучше" и "хуже", где душа тяготеет именно к тому, что "лучше", и, следуя за
  ним, восходит к тому, что совершенно. Религия есть пафорс совершенства; именно
  поэтому она невозможна там, где царит индифферентизм.
  Восходя к совершенству, религиозность воспринимает его не как условно "лучшее",
  или относительно <лучшее", или субъективно наиболее приемлемое, но как
  безусловно, безотносительно, объективно совершенное, как совершенное на самом
  деле, само по себе, а потом и для всех. Религиозная душа живет не простою
  приятностью субъективных содержаний сознания, но объективным совершенством.
  Именно поэтому религии нет

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>