пределяется не порядком ее возникновения и не дефективностью
  публичного полномочия, но противогосударственностъю волевого содержания,
  своеобразным сочетанием силы и слабости: тиран есть властитель сильный, но не в
  добре, с виду "автономный" волею, но определяющий себя произволом; его воля
  сильна не в том в чем надлежит, и слаба в том, к чему она призвана. Произвол
  есть недуг автономии; он превращает волю в своеволие, подрывает авторитет власти
  и доверие к ней и готовит государству разложение. Тираническая власть есть
  власть недугующая в своем содержании; и в этом ее судьба и приговор. Это
  обнаруживается с особенной наглядностью, если эта тирания осуществляется в
  тоталитарных формах.
  Опасность второго пути открывается с того момента, когда власть оказывается в
  руках человека, слабого волею или разумением. Такой правитель, неспособный к
  духовному и волевому самоутверждению, изнемогает под бременем власти и ее
  волевой природы: ибо государственная власть есть социально выделенная и
  сосредоточенная воля политического союза, которая может прийти в живое движение
  только от личных, индивидуальных изволений уполномоченного. Поэтому властитель,
  слабый волею, таит в себе внутреннее противоречие, требующее непрестанного
  устранения и преодоления; государственная власть не может
  бездействовать, но она не может и приводиться в действие изволением безвольного
  существа. Отсюда естественная неизбежность личной гетерономии для

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>