твенной цели, становится авантюристом; солдат, лишенный
  патриотизма, уподобляется безвольному орудию казни или профессиональному убийце.
  Достоинство армии определяется достоинством духа и духовной культуры; воинское
  звание есть духовное звание, и дело воина есть подвиг в духе и во имя духа.
  Именно поэтому ратная победа остается или эфемерной случайностью, или
  порождением духовного подъема, и только настоящий духовный подъем может сообщить
  душе силу, необходимую для практического разрешения основного нравственного
  противоречия войны (43) и для обороны родины.
  Итак, воину необходимо духовное самоутверждение. Он должен верить в духовную
  правоту своей родины, своего государства и своего жизненного дела. Он должен
  воспитывать в себе предметную одержимость государственною целью, и именно этою
  предметностью его воли и его жизни определяется его честь. Меч воина имеет
  единое назначение: государственное; блюсти верность этому назначению значит для
  воина блюсти свою честь и свое звание. Армия, движимая чувством чести, есть
  реальная опора родины и гарантия ее государственного бытия; армия, утратившая
  чувство чести, есть сброд насильников, мародеров и убийц.
  Воспитывая себя к смерти, воин должен помнить, во имя чего он это делает;
  сообщая себе способность убивать других, он должен почерпать свой мотив и свою
  решимость в государственной цели и в воле к ней. Военное воспитание, оторванное
  от чувства духовного достоинства,

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>