задумал этого достигнуть. Всякая,
  самая нелепая, своекорыстная и противогосударственная цель окажется
  "политическою" целью, а деятельность клонящаяся к ее осуществлению, окажется
  государственною деятельностью. Формальное понимание государственности и
  политики, удовлетворяясь пустыми признаками "организованной власти" и "общего
  права", отрываясь от естественно-правовой основы всякого государства и
  прилепляясь к его положительно-правовой форме, - мирится со всяким интересом,
  освещает всякое вожделение, допускает всякое посягательство, вырождая тем и
  природу своего предмета, и самую жизнь человечества. Политический формализм
  насаждает в душах и в действиях людей самый беспринципный политический
  релятивизм, и в результате этого целые поколения людей вырастают в уверенности,
  что "в политике все дозволено" и что авторитетом государственной власти может
  быть "все прикрыто". И человечество, пожиная от времени до времени плоды этой
  деградации, продолжает слепо держаться за такую противоестественную традицию и
  нелепую практику.
  В противоположность этому нормальное правосознание еще со времен Платона и
  Аристотеля утверждало и будет утверждать единство и объективность
  государственной цели <и политического задания > . Термин "политического"
  указывает не только на путь организованного властвования, но прежде всего на
  некоторую высшую ценность, обслуживаемую государством. Так что из всех целей, с
  которыми люди восходят

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>