продуманность поступка - и это не может помешать присяжным вынести
  оправдательный приговор при наличности известных субъективных условий. Точно так
  же та "преступность" воли, которая должна быть налицо для обвинения, совсем не
  определяется ни причинной связью между живым хотением и жизненным последствием
  поступка, ни естественным слабоволием подсудимого, ни решением или намерением
  совершить запрещенное действие: "преступившая" воля совсем еще не есть тем самым
  "преступная воля" и присяжные могут вынести оправдательный вердикт
  преднамеренному нарушителю запрета, но, конечно, при наличности известных
  субъективных условий.
  Эти субъективные условия, оправдывающие подсудимого вопреки всему остальному,
  скрываются в его правосознании и определяются теми мотивами и целями, которые
  вызвали к жизни запрещенное действие. Это означает, что приговор присяжных
  зависит не от того, знал ли подсудимый что он нарушает норму положительного
  права, и хотел ли он ее нарушить, но от того, что именно подвигло его к этому и
  какую цель он преследовал. Разрешая вопрос о виновности, суд должен рассмотреть
  и установить: каковы были цели и мотивы, владевшие душою подсудимого во время
  действия, и в каком отношении стоят эти цели и мотивы - к целям и мотивам
  нормального правосознания. Здесь опять обнаруживается, что мотивы и цели входят
  в самую сущность как повинующегося, так и преступающего правосознания- они-то и
  определяют виновность

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-389 * збірник літератури №51 * >>>далее>>>