|
ным основаниям, равно как и через тех, которые подчиняются нашей отеческой власти;
но спрашивается, приобретаем ли мы также владение, так как мы этими лицами собственно не владеем.
91 Относительно же тех рабов, которыми мы пользуемся на праве узуфрукта, постановлено так: все то, что они приобретут с помощью наших вещей или своими собственными работами и трудами, - все это идет в нашу пользу, а то, что они получат всякими другими способами приобретения принадлежит господину собственности. Следовательно, если такой раб будет назначен наследником, или что-либо будет ему отказано, то он приобретает не для меня, а для хозяина вещи.
92 То же постановляется и о том, кем мы добросовестно владеем, будет ли он свободный человек, или чужой раб, ибо что постановлено о пользов-ладельце, то же самое касается и добросовестного владельца. Таким образом, все, что приобретается помимо вышеупомянутых двух случаев, то принадлежит или самому приобретателю, если он лицо свободное, или господину, ежели он (приобретающий) раб.
93 Но когда добросовестный владелец давностью приобретет этого раба в собственность, то он может всяким законным способом через него приобретать, так как он таким путем делается собственником; имеющий же право пользовладения не может приобрести давностью, во-первых потому, что он не владеет им, а только имеет право употребления и пользования, во-вторых потому, что он знает, что раб - чужой.
94 Спрашивается, можем ли мы через раба, состоящего в нашем полном пользовании, владеть какою-нибудь вещью или приобрести таковую путем давности, так как мы не владеем самим рабом; через того же раба, которым добросовестно владеем, мы без сомнения можем и владеть и приобрести посредством давности. Впрочем мы говорим, по отношению к тем и другим, в смысле определения, которое мы только что изложили, т.е. если рабы
|