ись таковыми в средние века. Это прежде всего открытый грабеж на больших дорогах, которым систематически занимались конные отряды рыцарей, пленение и заточение в целях получения выкупа, так называемое право первой ночи, бывшее легализованным изнасилованием, и т. п.
   Распространение инквизиции и преследование так называемых религиозных преступлений привело к необычайному расширению феодальной репрессии. Под видом еретиков истреблялись и уничтожались все те, в ком видели опасность существующим порядкам, все наиболее передовые умы, восстававшие против схоластики и суеверий.
   Используя невежество и фанатизм, церковь сумела придать популярность своим зверствам. Верили, что “колдовство” и вероотступничество могут навлечь “гнев божий” на всю страну, на весь народ. Об этом без конца повторяется в Библии. Не удивительно, что в каждом стихийном несчастье видели “божье наказание” за ересь.
   Со спокойной совестью король Испании Филипп II, дегенерат и садист, утвердил приговор инквизиции, которым осуждался на смерть весь народ Нидерландов, боровшийся за национальную свободу. Было казнено около 25 тысяч человек.
   Светские суды мало в чем уступали судам церковным.
   В Англии, где инквизиции не было, но преследования за ересь были не менее жестокими, общее число казненных — по всем видам преступлений — было очень велико: из 4-5 миллионов человек населения было отправлено на смерть: при Генрихе VIII — 72 тысячи человек, при его дочери Елизавете (XVI век) — 89 тысяч.
   В Германии судья Карпцов послал на казнь, по его собственному признанию, 20 тысяч человек. И это только один судья!
   Не существует возрастного предела, ограничивающего или исключающего применение уголовного наказания, особенно казни, в отношении детей. Епископ Вюрцбургский, например (XVII в.), приговаривает к сожжению девятилетнюю девочку, заподозренную в

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-773 * збірник літератури №5 * >>>далее>>>