из англосаксонских кодексов различение умышленного и неумышленного убийства сводится лишь к постановке вопроса. Наказание в обоих случаях одинаково, ибо есть закон: “Кто не ведая преступает, ведая платит”. Тот, кто, целясь в одного, убил другого, платит полный вергельд или умирает сам.
   Законы германского племени фризов повелевают то же: кто убил случайно вы-пущенной стрелой, платит, как за убийство. Так же было и у тюрингов.
   Проблема возникала, но решение ее долгое время не давалось. Система композиций преследовала возмещение вреда, а вред не зависел от субъективной стороны преступления.
   Саксонская правда не составляет исключения. Если, говорится в ней, меч вы-скользнул и ранил, платят, как обычно. Но, как уже говорилось, и Салическая, и Рипуарская правды признают одно исключение: кто убил без умысла, не подлежит кровомщению.
   Как ни старались судьи держаться старины, жизнь была неумолима в постановке новых вопросов. Один погнался за другим с намерением ограбить, а тот поскользнулся, упал и разбился насмерть. Другой отнял у человека меч, а тот сделался объектом нападения и, будучи безоружным, не смог защитить свою жизнь и т. д.
   Германское право отвечало на них с первобытной простотой: основанием для назначения вергельда должно считать не намерение виновного, а конечный результат.
   Судьи, конечно, видели, что прямого умысла здесь нет. Преступник не хотел того, что произошло. Но система композиций вынуждала все это игнорировать.
   В том, что касалось внешних обстоятельств (объективной стороны) преступления, германские правды обнаруживают большее богатство содержания. Грабеж карается строже кражи, изнасилование скопом — тяжелее обычного и т. д. Законодателю уже не безразлично, какими средствами совершено преступление (например, кража со взломом влечет больший штраф, чем простая, и т. д.).
   12. В самое

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-773 * збірник літератури №5 * >>>далее>>>