лялся не только в полном неприятии окружающей ее творцов и сторонников юридической и социально-политической среды, но и в решительном отказе их от ряда прежних положений, развивавшихся в рамках теории естественного права, о вечных, естественных законах, вложенных Богом в сердца людей.
   Идеи божественного происхождения государства и права, а также их отдельных институтов, таких, например, как власть монарха, не только не подтверждались и не оправдывались на новом историческом этапе, но и всячески опровергались. Вместо Божьей воли и Божьего провидения в решении этих вопросов на первый план выступала воля людей. Особенно это наглядно было показано П. Гольбахом (1723—1789) в его работе "Священная зараза или естественная история суеверия" на примере власти монарха и связанных с нею правовых норм и идей.
   Выступая против широко распространенной в средние века идеи божественного происхождения власти королей, "являющихся представителями и подобием Бога на земле", Гольбах пишет, что в практическом плане эта идея служит оправданием всемогущества, бесконтрольности властей, произвола монархов и их ближайшего окружения во всех сферах жизни общества, в том числе в сфере правотворчества и правоприменения(1).
   "Горсть привилегированных людей, — отмечает автор, получила в силу божественного права власть быть несправедливыми и повелевать другими людьми. Последние верят, что должны отказаться в пользу своих господ от собственного счастья, должны работать только на них, сражаться и погибать в их войнах. Они верят,
   _____
   (1) Гольбах П. Священная зараза. Разоблаченное христианство. М., 1936. С. 83—94.
  
  что должны безусловно подчиняться желаниям самых сумасбродных и вредных царей, которых небо послало им в гневе своем".
   Идея божественного происхождения права и власти монарха, констатирует Гольбах, привела во многих странах к тому, что "государь стал единственным источником

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-578 * збірник літератури №5 * >>>далее>>>