|
ие. Весьма показательны его выступления в защиту "говорящих орудий" — рабов.
Все люди, согласно учению Сенеки, равны между собой в том смысле, что они являются "сотоварищами по рабству", одинаково находясь во власти судьбы. "Я с радостью узнаю о приезжающих из твоих мест, — пишет Сенека своему другу Луцилию, — что ты обходишься со своими рабами как с близкими. Так и подобает при твоем уме и образованности. Они рабы? Нет, люди. Они рабы? Нет, твои соседи по дому. Они рабы? Нет, твои смиренные друзья. Они рабы? Нет, твои товарищи по рабству, если ты вспомнишь, что и над тобой, и над ними одинакова власть фортуны". И дальше: "Глуп тот, кто, покупая коня, смотрит только на узду или попону, еще глупее тот, кто ценит человека по платью или по положению, тоже лишь облекает нас, как платье. Он раб! Но, может быть, душою он свободный. Он раб! Но чем это ему вредит? Покажи мне, кто не раб. Один в рабстве у похоти, другой — у скупости, третий — у честолюбия и все — у страха... Будь с рабами приветлив, покажи себя высоким без высокомерия: пусть они лучше чтят тебя, чем боятся...(1)".
Подобные человеколюбивые, гуманистические мотивы, трансформировавшиеся медленно или по истечении определенного времени в соответствующие государственно-правовые взгляды и доктрины, в соответствии с которыми в обществе и государстве должны торжествовать не зло, насилие и произвол, а право и закон, развивались не только в Древней Греции и Риме, но и в Древней Индии и Китае. Наряду с наивными материалистическими представлениями о мире, умещавшимися в формулах типа "сознание рождается в вещах и(1) умирает тоже в вещах" или: "жизнь — это корень смерти, а смерть — корень жизни", в Китае, например, еще в глубокой древности философами и юристами, применительно к господствовавшему в стране рабовладельческому строю, проводилась мысль о том, что "в государстве должен царить порядок", основанный
|