что укротил своевольную чернь, тем, что обязал солдат, бывших ему командирами или соперниками, подчиниться его воле и забыть прежнюю бесцеремонность. Более же всего велик тем, что сам создал себя, что сумел исключительно властью своего гения принудить к послушанию тридцать шесть миллионов подданных в эпоху, когда все иллюзии, окружавшие некогда трон, рассеялись. Он велик тем, что победил всех воевавших против него королей, что превзошел всех завоевателей, каких человечество знало раньше, тем, что десять лет творил чудеса, ныне с трудом поддающиеся объяснению(1).
   Даже после своей смерти Наполеон, по словам его политического и идеологического противника Шатобриана, продолжал оказывать сложившимся о нем образом, сохранившейся о нем памятью огромное влияние на умы и сердца многих людей, политических деятелей и государственно-правовые институты.
   Ныне Бонапарт уже не реальное лицо, констатировал автор, но персонаж, плод поэтических выдумок, солдатских преданий и народных сказок. Это — Карл Великий и Александр, какими изображали их средневековые эпопеи. Этот фантастический герой затмит всех прочих и пребудет единственно реальным. Бонапарт — плоть от плоти абсолютной власти. Он правил нами деспотически — ныне столь же деспотически повелевает нами память о нем. "Деспотическая власть памяти даже сильнее: когда Наполеон был на троне, ему иной раз случалось терпеть поражение, ныне же все покорно склоняют голову под ярмо мертвеца. Он встал на пути грядущих поколений".
   "Какой военачальник теперь сможет прославиться? — вопрошал Шатобриан. — Разве мыслимо превзойти его на поле брани? Может ли у нас родиться свободное правительство, если он развра-
   _____
   (1) Шатобриан Ф. Р. Указ. соч. М., 1995. С. 324—325.
  
  тил сердца, отбив у них всякую тягу к свободе?" И тут же продолжал: "Никакой законной власти не удастся более изгнать из людских умов призрак узурпатора: солдат

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-578 * збірник літератури №5 * >>>далее>>>