|
ак видим, роблема "отторжения" законов возникла не вчера, но она сущест-ует и сегодня.
Власть бессильна заставить законы работать, поэтому она их росто издает. Но законодатель не вправе идти на поводу у обычного сознания — надо срочно принять такой-то закон; он обязан ютреть дальше, предвидеть последствия. Правовое самообольще-1е опасно, ибо оно порождает беспочвенные надежды, убаюкивает яцество. В последнее время чуть ли не еженедельно принимаются публикуются "целевые федеральные программы", но каждому ено, что они невыполнимы.
Попытки "пришпорить" социальный прогресс с помощью од-Их только законов, как правило, заканчивались неудачно. Приме-ов тому немало, и из них необходимо извлекать уроки. Прежде Сего это ведет к девальвации законов, которые начинают работать солостую, создавая видимость решения проблем, принося не пользу,
•вред.
Конечно, есть и хорошие, полноценные законы, за которыми Л, опыт, старание их создателей, но, как заметил Ф. Достоевский, ргобы быть умным, одного ума мало". Ум надо еще реализовать, Ютавить на службу обществу, людям. Иначе он мертв и бесполе->Н. "Умных" бездельников и советников у нас немало, но их сове-4 не дают результата.
Абсолютизация права, наделение его чудодейственными свой-
•вами сродни поклонению искусственно созданному идолу. Такое Обожествление явления — это существование в мире иллюзий. От-
' Лубенченко К. Д. Безработные законы // Известия. 1990 25 апр.
Глава XX Правовой нигилизм и правовой идеализм
сюда лавинообразный рост законов и указов за последние пять-семь лет, поиск спасения именно в них. Но еще древние говорили и наиболее испорченном государстве наибольшее количество зако нов. Сейчас всем ясно: сотней или даже тысячей законов положе ния не изменить, если только они не подкрепляются другими мера ми. Полоса "демократического романтизма" проходит
Возникает вопрос: что надо
|