альных групп, его составляющих. Поэтому и законы государства по своему социальному значению — не только веления органов государства , парламента, правительства), но и выражение согласия народа, либо его подчинения нормам, законодательным и иным обязательным решениям. По крайней мере такие решения должны опираться на поддержку активных социальных сил народа, достаточных для реализации государством правовых норм, а в современном демократическом обществе — на поддержку большинства, при сохранении интересов меньшинства.
   Понимание правовых норм как "результата взаимодействия различных социальных сил на конституционной основе" занимает определенное место в зарубежных неопозитивистских теориях права.
   В правовой науке советского и современного переходного периода подчеркивается только волевой, властный характер правовой нормы, как веления государства, охраняемого государственным принуждением. Однако этим норма связывается только с волей государства и господствующего класса (или иных "правящих кругов"). Лишь в новейших изданиях получает робкое признание "значение массовидного воплощения" норм права в фактической жизнедеятельности. Поддерживая эти начинания, следует прийти к выводу, что о реальном наличии и действии в обществе правовых норм нелъзя судить только по записанному в законе тексту статей, пунктов или параграфов. Если предписания статьи закона не осуществляются в жизни, не воплотились в сознании и действиях людей, организаций, государственных органов, то и сама норма еще не приобрела законченного социального значения. Она скорее подобна призыву, зовущему к воплощению в жизнь правила поведения, провозглашенного государством в законе.
   Отсюда следует, что нормы права являются общеобязательными предписаниями государства, воплощаемыми тем или иным способом (прямой угрозой принуждения или сочетанием его с удовлетворением интересов и нужд

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-793 * збірник літератури №5 * >>>далее>>>