суд приступил к допросу судмедэксперта Марии Михайловны
  Хлюстовой.
   Когда адвокат спросил у нее, какой глубины была смертельная рана
  Краснова, она ответила:
   - Тринадцать сантиметров.
   - Выходит, если лезвие ножа моего подзащитного укоротили на два
  сантиметра, а первоначальная длина его была тринадцать сантиметров, то он не
  мог быть орудием убийства? - уточнил Белопольский.
   - Не мог, - ответила Хлюстова.
   В зале послышался гул.
   - У вас будут еще вопросы? - обратился к адвокату председательствующий.
   Белопольский встал и после серьезной аргументации заявил суду
  ходатайство о направлении дела на дополнительное расследование.
   Народный судья о чем-то тихо переговорил с заседателями.
   - Какое мнение у прокурора по поводу ходатайства адвоката подсудимого?
  - повернул ко мне голову председательствующий.
   Честно говоря, этот вопрос застал меня врасплох. Я, кажется, слышал
  даже дыхание сидящих в зале, слышал, как за окном у перекрестка затормозила
  машина. И в эти считанные мгновения вряд ли успел взвесить до конца, что
  стоит за моим ответом, в котором я не возражал против ходатайства адвоката.
   - Суд удаляется на совещание, - провозгласил судья.
   В зале заговорили, закашляли. Я поймал на себе несколько удивленный, но
  в то же время

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-467 * збірник літератури №47 * >>>далее>>>