моя, - тихо ответила Елена Ивановна. - Мне теперь
  уже незачем лгать. Я во всем призналась. У меня осталось много вещей
  Смирновой, но эту шкатулку подарили мне...
  
   Итак, следствие подходило к завершению, и я мог бы к собственному
  удовлетворению и облегчению закончить, наконец, это запутанное, сложное дело
  и передать его в суд. Теперь, кажется, ни у кого не могло возникнуть и тени
  сомнения, что виновницей смерти Елены Смирновой является Лабецкая. Ее
  признание было убедительным, логичным и подтверждалось всеми другими
  материалами дела. Она, медицинская сестра роддома, еще в войну занималась
  производством абортов. Смирнова, будучи знакомой Лабецкой, конечно же, знала
  о ее возможностях. Потому-то, желая прервать беременность, она и заехала к
  ней. Вряд ли она приехала бы к ней в другой ситуации.
   Значит, неудачный аборт. Что ж, бывает. И особенно часто - когда
  операцию делают не врачи, да еще в антисанитарных условиях...
   Казалось, что теперь уже можно ставить точку и приступить к составлению
  обвинительного заключения. Можно, но я этого не делал, хотя сроки следствия
  подходили к концу. Где-то там, подсознательно, вопреки моей воле, рождались
  сомнения, возникали вопросы, на которые я не мог дать исчерпывающего ответа.
  Вспоминалась та нервная поспешность, с которой

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-467 * збірник літератури №47 * >>>далее>>>