|
я не дурак, чтобы в загс идти. Да и у нее, Ирины,
мол, таких "мужей" целый взвод. Меня резанул такой цинизм. Я только диву
давался, куда девалась его чистота, целеустремленность. Вспомнился прежний
Бобошко, с тысячью вопросов, идей, признанный лидер класса во всех лучших
начинаниях... Может быть, поэтому я не решился сразу уйти. Мне как педагогу,
да и просто человеку, - мы ведь с Юрой дружили по-настоящему, говорили о
самых сокровенных вещах, - было интересно узнать, что же произошло с ним
всего за один год. И я не пожалел, что не ушел. Хотя, честно говоря, от того
вечера осталось очень тягостное впечатление. Показывая квартиру, Юра как бы
вскользь заметил: "Вот вы, Олег Орестович, вчетвером в трехкомнатной, а Ира
одна..." Я спросил, почему же ей дали такую квартиру. И опять циничный
ответ: жить, мол, надо уметь... А тут пришла с работы Калгашкина. Пригласила
поужинать. На столе появились всевозможные деликатесы, марочный коньяк.
Разговор зашел почему-то о квартире. Калгашкина вдруг позавидовала мне: мол,
я получил бесплатно, а ей квартира уже стоила десять тысяч. А во сколько еще
обойдется! Тогда я не придал значения ее словам.
А недели через три иду я после уроков домой и вижу, что в сквере, в
самом центре города, Юра Бобошко валяется совершенно пьяный. Я поднял его,
посадил
|