|
тея ничего не даст, я наткнулся на
бумагу, написанную очень неразборчиво. С большим трудом я прочитал: "В 1947
году от меня ушла дочь Клинова Маргарита Матвеевна. Прошу сообщить мне, где
она прописалась". Дальше шла подпись заявителя и его адрес.
По справке сотрудника милиции, предпринятые в свое время меры по
розыску Маргариты Клиновой положительных результатов не принесли. Неужели
она?
Я срочно вызвал заявителя.
Матвей Михайлович Клинов работал механиком мелькомбината. Он поведал
горестную историю своей дочери.
- Как-то раз прибегает соседка и говорит: "Риту в милицию забрали". Уж
и не помню, как я до отделения добрался. И вот в кабинете у начальника я,
солдат трех войн, сижу и, как малый ребенок, плачу. А ей хоть бы что.
"Никакого Жоры Тарзана, - говорит, - в американской курточке не знаю и с
Галей Бакуновой не водилась". Ну, отпустили ее. Пришли мы домой. Я, конечно,
стал ей выговаривать. А она в ответ: "Не ваше дело!" - Матвей Михайлович
перевел дух, вытащил из кармана большой клетчатый платок и, вытерев мокрый
лоб, продолжал: - Ну, признаться, не вытерпел я тут и крикнул: "Дело не мое,
а чей хлеб ешь?" Она только хихикнула. "С такими глазами, как у меня, милый
папочка, я и без вашего хлеба проживу, - говорит. - Пирожные буду кушать".
И, стыдно сказать,
|