рупным, несколько
  угрюмым лицом. Давал он показания, опираясь на костыли и выдвинув немного
  вперед больную ногу в гипсе. От стула отказался.
   - В каких отношениях с погибшими вы находились? - спросил судья.
   - В походе мы очень подружились с Олегом. Он был отличным парнем...
   Из зала донесся всхлип. Это не выдержал кто-то из родственников
  Макарова. Они сидели во втором ряду. Отец, мать, сестра. Говорят, что мать
  Гали Барченко до сих пор лежит в больнице после сердечного приступа.
   Альберт Балабанов, услышав рыдания, сделал паузу. Потом продолжал:
   - Он был добрым, веселым. Может быть, излишне серьезно относился к
  походу, инструкциям. С маршрута не свернет ни на сантиметр. Я как-то сказал
  ему: "Ты что, отдыхать в горы забрался или зарабатывать спортивный разряд?"
  Он ответил: "Горы, высота - это серьезно!" Я ему в шутку: "Трусишь, что ли?"
  А он смеется: "Я не трус, а боюсь..." Да, трусом он не был. Рассказывал,
  через какие пороги ходил на байдарке, мне прямо страшно стало...
   Балабанов рассказывал о Макарове с теплотой и любовью. Мне показалось,
  что к Барченко он относился с меньшей симпатией. Натянутые отношения Олега с
  Емельяновой отрицал (этим поинтересовался я). Об инструкторе (вопрос
  адвоката) сказал:
   - Если бы мне надо было преодолеть самое опасное

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-467 * збірник літератури №47 * >>>далее>>>