кислую травку, рвал ее руками,
  зубами, запихивал в рот. А через полчаса валялся на земле от жгучей,
  нестерпимой боли в желудке...
   И тогда я дошел до того, что стал воровать. Прокрался в деревню днем,
  когда редко кто оставался дома: работали. Мне удалось стащить кусок сала и
  ломоть хлеба. Это был царский пир. Потом я научился узнавать, где посеяна
  картошка. И по ночам выкапывал ее. В одной из деревень я украл спички, и пек
  картошку в костре. Чем я только не промышлял на огородах: лук, морковка,
  совсем еще незрелый горох, свекольная ботва...
   Как-то среди ночи слышу страшный гул. Вдалеке заухали взрывы. Я вылез
  из-под листьев, в которые зарылся с вечера, и не понимал, что происходит.
  Это был ад! Мне показалось, что я схожу с ума...
   В Зорянск я попал случайно. Вышел к железной дороге. Прошел поезд с
  табличками на вагонах Ленинград-Зорянск. Я вспомнил о Лере Митенковой. Адрес
  ее знал наизусть.
   У нас с ней были сложные взаимоотношения. Встретились мы за год до
  того, когда я приехал первый раз в гости к Комаровым. Она мне понравилась. Я
  ей, кажется, тоже. Во всяком случае, стали переписываться. Хотя я
  догадывался, что у них было что-то с Геннадием, но мне показалось, что это
  детская дружба. И она проходила. Лера написала мне как-то очень нежное
  письмо.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-467 * збірник літератури №47 * >>>далее>>>