|
ит,
спокойненько закуривает папиросу. Я огляделся - вокруг ни души. Говорю ему:
"Пройдемте, гражданин, со мной". А он отвечает: "В чем дело? Кто ты такой,
чтобы я тебе подчинялся?" Я на всякий случай взял его за рукав: "Бригадмилец
я, прошу следовать за мной". Он так спокойно отвечает: "Покажи документы, а
то ведь всякий кем хочешь назваться может". Ну, я полез в боковой карман за
удостоверением, и в это время меня словно обухом по голове... Аж искры из
глаз посыпались... Здорово он мне врезал правой. - Григорьев провел рукой по
скуле. - Я упал, однако успел подставить ножку. Горбоносый тоже растянулся.
Но сильный он, подлец, оказался, еще несколько раз приложился ко мне. Потом
навалился, к горлу тянется. Я не даю, вцепился ему в руки изо всех сил.
Горбоносый кричит: "Убью, гад, пусти лучше!" А я думаю, только бы сил
хватило, пока кто-нибудь придет на помощь...
Григорьев замолчал.
- А дальше? - спросил я.
- Мои всполошились, выбежали, стали искать... Успели вовремя. И другие,
прохожие, помогли. Скрутили мы горбоносого, отвели в милицию...
Задержанный был доставлен в нашу прокуратуру. Мы сидели друг против
друга. Я смотрел на него и думал: "Ну и молодец же Соня, мельком видела
этого человека, а как точно запомнила его лицо".
- Учтите, - возмущался задержанный,
|