по себе "условная табуированность" ничего принципиально нового не несла: фактически еще с берлинского кризиса 1948 г. был "запретным" потенциальный конфликт СССР со странами Западной Европы. Новым в восточноазиатской ситуации было то, что США, перспектива столкновения с которыми и была для Советского Союза главной сдерживающей силой, не были связаны с КНР какими-то формальными обязательствами, хотя бы отдаленно напоминающими те, что существовали между Вашингтоном и его западноевропейскими союзниками, и несмотря на это администрация Р. Никсона допускала возможность ограниченного взаимодействия с Китаем.
  К концу 60-х годов Китай освободился не только от роли, но и от репутации элемента той части регионального пространства, доминирование в которой по инерции приписывалось Советскому Союзу. Американская дипломатия была достаточно гибкой, чтобы признать новую функциональную роль КНР, не пытаясь снова низвести ее до уровня пространственной составляющей, только теперь уже в пределах части среды, подконтрольной Соединенным Штатам. Такой подход позволил создать достаточно мощный политико-психологический стимул для китайско-американского сближения.
  Не будучи прямо направленным против СССР, оно, тем не менее, структурно означало согласие американской стороны на демонтаж региональной биполярной структуры, несмотря на то, что глобальной основой конфронтационной стабильности (19621991гг.) и разрядки (1969-1978 гг.) оставалась биполярность. Создавалось структурное противоречие, на которое наложились не только разочарование СССР отходом США от импонировавшей советскому руководству логики биполярного мышления, но и оказавшиеся в основном оправданными опасения по поводу "окружения" Советского Союза с восточного фланга силами КНР, США и американских союзников в регионе.
  
  57
  
  глава 2. упадок традиционного лидерства и попытки его укрепления
  Доктрина

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-280 * збірник літератури №40 * >>>далее>>>