ко из островов Спратли, которые считались вьетнамской
  91
  
  территорией и в Ханое, и в Сайгоне. Пытаясь исключить захват Китаем других островов этой группы, войска ДРВ в апреле 1975 г. в свою очередь оккупировали наиболее значительные из оставшихся.
  Особенно болезненной проблемой китайско-вьетнамских отношений была ситуация в Камбодже. Вьетнамское руководство, следуя старой идее Хо Ши Мина относительно объединения трех стран Индокитая в единую коммунистическую федерацию, рассчитывало превратить Лаос и Камбоджу в своих младших партнеров. Но если с лаосским руководством, давно находившимся под вьетнамским влиянием, проблем не возникало, то новое камбоджийское правительство настороженно восприняло предложения Ханоя об объединении вьетнамских и камбоджийских вооруженных сил и о проведении общей внешней и экономической политики. Позицию "красных кхмеров" поддерживали в Пекине. Предвидя возможность нарастания трений с КНР, вьетнамское руководство попыталось их предупредить. В сентябре 1975 г. генеральный секретарь ПТВ Ле Зуан отправился в Пекин с официальным визитом, в ходе которого он встречался с Мао Цзедуном. Но переговоры оказались неудачными. Вьетнам отказался поддержать предложенный китайской стороной тезис об осуждении гегемонизма и не согласился с данной Китаем оценкой последствий "ухода" США из ЮВА.
  Тем более резким контрастом выглядела поездка Ле Зуана в Москву в октябре того же года. Вьетнамская сторона, помимо прочего, полностью поддержала Хельсинкский акт и в целом политику разрядки (долгое время осуждавшуюся Ханоем, также как и Пекином, - как заговор с целью расколоть социалистический мир и ослабить национально-освободительное движение). Москва со своей стороны обещала увеличить помощь Вьетнаму в 1976-1980 гг.
  В Китае на советско-вьетнамскую солидарность реагировали заявлением в ноябре 1975 г. о претензиях на весь архипелаг

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-280 * збірник літератури №40 * >>>далее>>>