х неевропейских регионов, в которых формирование наций происходит под влиянием империализма: профессиональные элиты указанных регионов, стоящие во главе движения за освобождение от всех форм колониального господства и политическую независимость, фактически воспроизводят в государственности, как форме политической организации общества, политическую модель метрополий. Вместе с тем здесь процесс формирования наций идет как бы "наоборот": не нация предшествует и сопровождает генезис государственности, а государство используется как решающий инструмент в формировании наций. Именно этим объясняется парадоксальный, на первый взгляд, факт существования на политической карте мира государств (например, в постколониальной Африке), не имеющих нации: речь идет о процессе создания нации "мы-воспри-ятия", которая подошла бы под уже существующее государство, а не о процессе поиска нацией своего собственного государства (см.: 1, р. 63).
  Как уже отмечалось, одной из решающих в понимании происхождения и сущности государства является категория "национально-государственный суверенитет". Она имеет два основных аспекта - внутренний и внешний. Речь идет, с одной стороны, о свободе государства избирать свой путь экономического развития, политического режима, гражданского и уголовного законодательства и т.п. А с другой, - о невмешательстве государств во внутренние дела друг друга, о их равенстве и независимости. Однако принцип суверенитета национальных государств приводит к неоднозначным последствиям в международных отношениях.
  Во-первых, каждое государство вынуждено так или иначе сочетать в своей внешней политике достаточно противоречивые
  174
  
  функции. По определению одного из основателей современной американской политической науки А. Уолферса, каждое государство может стремиться

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-397 * збірник літератури №40 * >>>далее>>>