|
, элементами которых, в свою очередь, выступают субрегиональные подсистемы.
Так, Ф. Брайар и М.-Р. Джалили считают (см.: 19), что существование планетарной международной системы, накладывающей свой отпечаток на всю международную жизнь, стало бесспорной политической реальностью уже в годы начала глобального противоборства между СССР и США, приобретя новые существенные черты с возникновением на политической карте мира в качестве самостоятельных международных акторов постколониальных государств. В результате планетарная международная система вплоть до начала девяностых годов характеризовалась наличием двух главных конфликтных линий, или "осей", разделяющих, с одной стороны, Запад и Восток (идеологическое, политическое, военно-стратегическое противоборство), а с другой - Север и Юг (т.е. экономически отсталые и развитые страны). Однако, несмотря на относительную целостность планетарной международной системы, в ней неизбежны и определенные разрывы, обусловленные тем, что ряд международных взаимодействий не вписывается в нее, обладает своей автономией. Таково следствие региональных подсистем - "совокупности специфических взаимодействий, в основе которых лежит общая географическая принадлежность" (см.: там же, р. 88). Ф. Брайар и М.-Р. Джалили стремятся выявить и описать факторы, оказывающие влияние на особенности таких взаимодействий в европейской, панамериканской, афри-
135
канской и азиатских (южно-азиатской, ЮВА, ближневосточной) подсистемах, в карибской и, отчасти, западноевропейских субрегиональных подсистемах.
Авторы книги "Система, структура и процесс развития современных международных отношений" рассматривают региональные (а также групповые и двусторонние) аспекты взаимодействий государств как структурные уровни межгосударственной системы. По сравнению
|