скими правами в том или ином новом государстве, русские активно вымываются из элиты, де-факто становясь опять-таки гражданами второго сорта. Однако с этой формой угрозы русским бороться труднее всего, так как подобное вытеснение русских не является официальной государственной политикой и всегда может быть списана на счет "бюрократического произвола".
  3) Экономика.
  - При всем хаосе на территории бывшего СССР и враждебности большинства новых государств к России, взаимозависимость экономик неизбежно толкает государства друг к другу; деловые круги и их лобби подталкивают правительства к компромиссу. Потенциально та или иная форма единого экономического пространства на большей части территории бывшего СССР может оказаться жизнеспособной. Но есть и другая тенденция.
  - Тот факт, что территория бывшего СССР продолжает оставаться, по сути, во многом единым экономическим организмом, входит в противоречие с нежеланием большинства бывших союзных республик перевести тезис о едином экономическом пространстве в практическую плоскость. В результате имеет место общая дисфункция экономического организма. Можно с известной долей уверенности утверждать, что большинство других республик в конечном счете пострадает от этого больше России. Но нельзя не констатировать и другого: если окружающие Россию республики в конечном счете переориентируются на "дальнее зарубежье", это будет означать, во-первых, отсечение России от традиционных партнеров, а, во-вторых, определенную экономическую изоляцию от "дальнего зарубежья."
  - Стремительная регионализация России ведет в конечном счете к тому, что иностранный бизнес получает шанс для неконтролируемой эксплуатации российского рынка, монополизации отдельных его областей: на провинциальном уровне гораздо проще проводить политику в отношении России как в отношении страны "третьего мира". Бессмысленно было бы утверждать, что иностранный бизнес будет основываться

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-120 * збірник літератури №39 * >>>далее>>>