уция Чили 1926г., конституция Ирландии 1937 г. и др.) несколько выходили за эти пределы. Основные законы социалистических стран, начиная с Конституции Российской Федерации 1918 г., положили начало принципиально иной трактовке объекта конституционного законодательства, включив в него основные вопросы социально-экономической структуры общества, политической системы, идеологии. Содержание такого регулирования не отвечало идее общечеловеческих ценностей, принципам демократии, но сам подход оказал значительное влияние на конституции ряда зарубежных стран, принятые после второй мировой войны, особенно на конституции так называемых народно-демократических государств - Болгарии (1947 г.), Чехословакии (1948 г.), а также на конституции некоторых капиталистических стран, и прежде всего Италии (1947 г.). В последующие годы этот подход был воспринят многими основными законами развивающихся стран, особенно стран социалистической ориентации (по моделям тоталитарного социализма), новыми конституциями некоторых капиталистических стран (Бразилии 1988 г. и др.); он сохранен в определенной мере и в постсоциалистических конституциях (Казахстана 1995 г., Украины 1996 г., Белоруссии 1996г. и др.).
  Существуют, однако, объективные пределы конституционного регулирования, вмешательства государства в сферу социально-экономических, политических, идеологических отношений. Излишняя "зарегулированность" этих отношений может препятствовать общественному эволюционному развитию, вести к тоталитаризму. В подавляющем большинстве действующих зарубежных конституций речь идет лишь о неко-
  88
   торых принципах (даже не об основах) общественного строя, которые нередко закрепляются в главах, посвященных директивным принципам политики. Они не имеют прямого действия (не могут, в частности, принудительно выполняться судами), но должны служить ориентиром для деятельности правительства (конституции Бразилии,

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-741 * збірник літератури №36 * >>>далее>>>