|
венностью другого их субстанциальность, мою всеобщую деятельность и действительность, мою личность.
Примечание. Это такое же отношение, как то, которое было выше, в § 61, между субстанцией вещи и ее пользованием', подобно тому как второе отлично от первой лишь постольку, поскольку оно ограничено, так же и пользование моими силами отлично от них самих, а тем самым и от меня лишь постольку, поскольку пользование количественно ограничено; тотальность проявлений силы есть сама сила, тотальность акциденций - субстанция, Обособлений - всеобщее.
Прибавление. Указанное здесь различие есть различие между рабом и современной прислугой или поденщиком. Афинский раб выполнял, быть может, более легкие обязанности и более духовную работу, чем, как правило, наша прислуга, но он все-таки был рабом, потому что весь объем его деятельности был отчужден господину.
§ 68
Своеобразие в духовной продукции может благодаря способу своего проявления непосредственно перейти в такую внешнюю сторону вещи, которая может быть затем произведена и другими; так что с ее приобретением нынешний собственник, помимо того что он этим может присвоить сообщенные мысли или техническое изобретение - возможность, которая часто (в литературных произведениях) составляет единственное определение и цен-
[123]
ность приобретения,- становится владельцем общего способа такого выражения себя и многообразного создания таких вещей.
Примечание. В произведениях искусства форма воплощения мысли во внешнем материале есть в качестве вещи настолько своеобразие произведшего его индивида, что подражание этой форме есть существенно продукт собственного духовного и технического умения. В литературном произведении форма, посредством которой оно есть внешняя вещь, представляет собой, так же как в техническом, изобретении, нечто механическое - в первом случае потому, что мысль дана лишь в ряде разрозненных
|