|
льной и безответственной верховной власти мошенником, простаком или деспотом - это разделить власть и ответственность. Изменение конституции не находится вне пределов наших возможностей"^. Относительно пересмотра действующей конституции многие скептики высказывают суждение, что вряд ли в современных США Schlesinger А" De Groin A. Congress and the presidency. - N.Y., 1967. -
Schlesinger А. М" Jr. The imperial presidency. - N.Y., 1974. - P.9. " bregon Law Review, 1979, Spring. - №3. -P.220. 284 P.3. ^ Schlesinger A. М., Jr. Op. Cit., p. 10. "" The International Herald Tribune. - 1974, Sept, 24. 285
можно найти людей, которые бы составили лучшую коллегию, чем Филадельфийский конвент. Говорят, что таких людей сейчас нет ни в конгрессе, ни в Верховном суде, ни в университетах. Американская политико-правовая теория безоговорочно признает, что современная фактически действующая система разделения властей далеко ушла от первоначальной модели последней четверти ХУШ в. Однако из этого вовсе не следует, что хрестоматийная конституци онная схема полностью утратила свое значение. При разрешении многочисленных противоречий и конфликтов, возникающих в рамках реального механизма "сдержек и противовесов", ученые и политические деятели всегда обращаются к авторитету конституции, доискиваяс ь скрытого смысла ее лапидарных положений. "Исследование нынешнего состояния конститу-ионных концепций в Соединенных Штатах есть нечто большее, чем академическое упражнение в ностальгии"(tm). Многие американские ученые и публицисты убеждены, что эта доктрина основана на идее о том, что правительственные институты обладают раздельными, отличающимися друг от друга функциями, организацией и полномочиями, но действуют они для достижения общих цел ей, закрепленных в преамбуле к конституции. Границы между сферами полномочий соответствующих ветвей власти весьма подвижны, изменчивы, относительны. Отсюда делается вывод о бессмысленности толкования разделения властей как совокупности
|