ам. Не случайно, что мистик Якоб Бёме был сапожником, а религиозные секты находили поддержку в среде ремесленников.
  Первый удар по этим условиям, благоприятствующим уединенности и размышлению, нанесла промышленная революция, повлекшая за собой возникновение больших фабрик, механизацию труда и рост больших городов с массовым скоплением людей, массовыми развлечениями и политическими демонстрациями. Существование внутреннего мира, уединенности и размышления находится под угрозой там, где развивается массовое общество, будь то в Америке, Германии или России. Несмотря на политические различия, для массового общества характерно преобладание общих черт. На смену чувству уединенности и размышлению приходит стремление к движению, возбуждению и групповому экстазу. Андре Жид пишет в своей книге "Возвращение из СССР": "Колхозник получает удовольствие только в общественной жизни. Дома он только спит, все его жизненные интересы сосредоточены в клубе, парке культуры, на собраниях. Чего же еще можно желать? Всеобщего счастья можно достичь лишь за счет отдельного индивида, путем лишения его индивидуальности. Чтобы быть счастливым, соглашайся".
  И если в Англии и Франции эти новые черты еще не проявились, то это объясняется тем, что буржуазная основа еще достаточно сильна для поддержания баланса против растущего влияния массового общества. Универмаги и фабрики обслуживают людей, которые воспитаны на массовых развлечениях, таких, как кино или танцевальный клуб, людей, политическому
  [557]
  
  сознанию которых соответствуют массовые собрания и групповой подход. Мы достигли такой стадии в нашей передовой цивилизации, на которой восстанавливаются групповые отношения, ранее свойственные примитивным экстатическим религиям. Разве развитие иудаизма не определялось борьбой против экстатической магии сельского бога Ваала и чувственных оргий его служителей? Более аскетическая

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-217 * збірник літератури №35 * >>>далее>>>